Водка

Стремительное свертывание водочного оборота в первые годы перестройки дало и первый толчок к инфляции. Реализацию спиртного, которая увеличивала оборачиваемость денежной массы в 4–5 раз, подменили печатанием новых денег.
Водка – зло, деградирующее здоровье нации. Но, к сожалению, в силу менталитета населения, зло долговременное. И раз уж приходится его терпеть, то надо бы извлечь из этого максимум пользы для беспризорных, детей-инвалидов, нуждающихся стариков.
В СССР ликеро-водочная промышленность давала 25 % всех поступлений в госбюджет, сегодня государство получает всего 5 %73.


Пить стали сейчас не меньше, а больше, это подтверждается и другими источниками. Алексей Подымов в статье «В России наступает бюджетное похмелье» констатирует: «Внутренний российский рынок почти не имеет дна. Здесь можно продавать около 2 млрд чистого алкоголя, из которых I млрд – водка. А, продав, получить 150трлн руб. Однако сегодня алкогольный оборот упал до 20 трлн руб.»74 [Научный парк. 1997. № 2].
Цена вопроса 130 млрд уже деноминированных рублей стоит того, чтобы монополизировать и производство, и торговлю спиртным, включая импортное. Ведь это половина дефицита бюджета на 1998 г.
С начала 1994 по 1996 год пресечена деятельность свыше 5,1 тыс. нелегальных производств спиртного, в которых изъято более 7,6 тыс. т спирта (126 цистерн!) и 905 тыс. декалитров суррогатов75. Деятельность «подпольных» предпринимателей не ограничивается сферой кустарного производства алкогольной продукции. На предприятиях, имеющих официальные лицензии, организуется производство алкогольной продукции из неучтенного сырья. Только в 1995 г. органами внутренних дел выявлено 300 таких предприятий. Незаконный оборот составил более 300 млрд руб.75 Все большее распространение получает «ложный экспорт» алкогольной продукции. При этом государство несет убытки в виде разницы между акцизами на производство и таможенными платежами за экспорт.
С принятием нового Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ), согласно ст. 171 «Незаконное предпринимательство», значительно сокращается круг субъектов, подпадающих под действовавшую аналогичную норму, снижаются санкции, что ставит под сомнение саму возможность усиления борьбы с незаконным оборотом алкогольной продукции правоохранительными средствами. В 1995 г. из проверенной алкогольной и безалкогольной продукции забраковано аж 55 %, тенденция сохраняется и сейчас.
Между тем ст. 238 УК РФ «Выпуск или продажа товаров, выполнение работ либо оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности» не предусматривается возможность пресечения преступления на стадии покушения.
МВД России вносило ряд предложений по совершенствованию норм нового уголовного закона, однако они были отклонены на различных стадиях прохождения. Думается, Государственной думе и Совету Федерации надо вернуться к предложениям МВД и в приоритетном порядке внести необходимые изменения и дополнения в законодательство. Однако это будут все-таки полумеры.
Сегодняшняя система акцизных сборов, по идее, должна была солидно пополнить бюджет. Но эта мера не дала желаемого результата. Собрать акцизы у нас в стране оказалось намного труднее, чем налоги. В среднем в бюджет попадают 59 % налогов и лишь 32 % акцизов. Сборы всякий раз повышались вслед за изменениями таможенных пошлин или приостановлением квотирования импорта. Однако уже при существующем уровне обложения (80–85 %) каждый процент его повышения из-за роста цены и падения спроса ведет к потере 2–3% сборов74.
Между тем вместе с нелегальным импортом подпольщики контролируют сегодня более 40 % рынка. И это при том, что потенциальные мощности официально зарегистрированных 400 российских предприятий на 1 января 1996 г. вдвое превышали потребности России.
Здоровье нации принадлежит каждому ее члену и государству в целом, но никак не подпольным цеховикам, контрабандистам и теневым торгашам спиртным. Определенные меры Правительство и Госдума приняли в 1997 г., но, по мнению автора, этот бизнес настолько прибылен и криминален, что без полной монополии государства, включая и продажу, тут не обойтись. По свидетельству генерального директора АО «РОСАЛКО» В. Бреннера, 90 % реализуемых сейчас в России бутылок с традиционными торговыми марками имеют криминальное происхождение. И первым шагом к полной монополии государства должна стать национализация знаменитых марок русской водки как государственной интеллектуальной собственности, что ограничит возможности поддельщиков. Нероссийские предприятия, использующие названия «Русская» или «Столичная» будут вынуждены платить по 0,3 долл. с бутылки. Это обычная мировая практика. Никому ведь не приходит в голову называть самопальные напитки «Кока-колой» или «Пепси-колой». Все знают, какие огромные штрафы придется за это платить. Так почему же гораздо более серьезные напитки у нас не защищены? Установление полного контроля государства над этим рынком позволит затем снизить налоговое бремя для отечественных производителей.
Все вышеизложенное в полной мере относится и к табаку.
Вывод: необходимо установить полную монополию государства на спиртное и табак, включая и продажи.