Внешняя торговля, обмен услугами и бегство капиталов

После обвального падения в начале реформ в 1992 г. примерно до 40 % от уровня 1990 г. стоимость экспорта товаров из России в страны дальнего зарубежья из года в год нарастала. В 1996 г. она превысила указанный минимум более чем вдвое, достигнув примерно 85 % от предреформенного уровня. Импорт тоже увеличивался, но гораздо медленнее. В 1996 г. годовая стоимость товаров, ввезенных из дальнего зарубежья, превысила уровень 1992 г. на 28 %, но импорт из этих стран составлял лишь около половины того, что ввозилось из-за границы в Россию в 1990 г. Намного более высокие темпы увеличения экспорта по сравнению с импортом обеспечили устойчивый актив торгового баланса и его значительный рост – с 7,9 млрд долл. в 1993 г. до 22,7 млрд долл. в 1996 г.80 Рост экспорта и активное сальдо внешней торговли непременно фигурируют в скудном перечне достижений экономических реформ в России.

Однако российская внешняя торговля имеет мало общего с рациональной организацией международного товарообмена, когда экспорт способствует развитию производительных сил страны, а импорт не заменяет, а дополняет внутреннее национальное производство. Активность торгового баланса есть скорее стихийный результат поспешной либерализации и приватизации внешних экономических связей в условиях разрушения единого экономического пространства бывшего СССР и общего расстройства российской экономики.
Начало этому положила узкая группа лиц и организаций, которые пользуясь чрезвычайно либеральным торговым режимом и руководствуясь фактически лишь собственными коммерческими интересами, всеми силами старались форсировать продажи за рубеж. И прежде всего продукцию топливных и сырьевых отраслей.
«В 1996 г. доля товаров топливно-энергетического комплекса продуктов первого передела (металлы, химия, древесина, целлюлоза) достигла почти 86 % от общего объема российского экспорта против 78 % в 1992 г. и 55 % – в 1990 г. Напротив, доля машин и оборудования резко сократилась с 18 % в 1990 г. до 7,7 % в 1996 г.»80.
Сегодня из-за растущих трудностей сбыта на внутреннем рынке (свертывание производства у партнеров-потребителей, проблемы неплатежей, падение покупательной способности населения) вывоз продукции за границу в ряде случаев превратился для российских производителей в единственный источник их выживания и существования. Лишенные возможности продать товар внутри страны, они любыми путями и способами пытаются сбыть его за рубеж, часто на рискованных условиях и по бросовым ценам, лишь бы получить хоть что-то, чтобы удержаться на плаву.
В дореформенные времена стоимость импорта машин и оборудования более чем вдвое превосходила стоимость импорта продовольствия и потребительских промышленных товаров, а в 1997 г. они, по статистике, стали примерно равны. А фактически потребительский импорт увеличился еще больше, поскольку в составе машиностроительной продукции учитываются резко возросшие импортные закупки бытовой техники и легковых автомобилей.
За фасадом видимого благополучия торгового баланса скрываются явления и тенденции, мало отвечающие когда-то прозвучавшим обещаниям властей добиться перестройки внешнеторговой политики России таким образом, чтобы были обеспечены «диверсификация экспортного потенциала, опережающий рост экспорта наукоемкой продукции, развитие конкурентных на мировом рынке производств, переход от критического, поддерживающего импорта к импорту, стимулирующему повышение технического уровня и качества отечественной продукции»81. Невыполнение этого создает непосредственную угрозу позиции России уже в геополитическом плане. По структуре внешней торговли и состоянию торгового баланса нынешняя Россия скорее напоминает бывшие колониальные и полуколониальные страны, служившие сырьевыми придатками метрополий и рынками сбыта для их промышленной продукции. Баланс международных услуг в том виде, как он складывался, отличается крайне нерациональной и непродуктивной структурой (табл. 11.6) 82.
Утрата ряда важных портов, потеря значительной части морского тоннажа и раздробление системы «Аэрофлота» подорвали базу валютных поступлений такой важной отрасли, как предоставление международных транспортных услуг. Практически на нет сошли когда-то довольно значительные поступления за работу отечественных строительных организаций за рубежом.
Одновременно из года в год возрастает давление на баланс услуг громадных сумм на оплату заграничных поездок и других видов зарубежного сервиса. Как показывают подсчеты, подобные затраты составили в 1996 г. почти 13,4 млрд долл. против 5,5 млрд в 1993 г. Аналогичные расходы иностранцев в России возросли всего с 3,5 до 5,2 млрд долл. в 1996 г.82 Вместо постепенного освобождения от строжайших ограничений бывшей валютной монополии российские резиденты внезапно получили практически неограниченную свободу действий в сфере валютных отношений, тогда как государство выпустило из рук рычаги руководства валютным оборотом страны.

Режим «внутренней конвертируемости рубля» формально распространяется лишь на операции текущего характера, тогда как движение капиталов должно регулироваться органами валютного контроля. Однако в реальной жизни это ограничение практически не действует, и неконтролируемый вывоз и припрятывание капиталов за границей осуществлялся в самых широких масштабах.

Существуют оценки специалистов Центробанка России, согласно которым незаконный вывоз капитала из России составлял от 12 до 15 млрд долл, в год. А общая сумма капиталов, нелегально покинувших страну с 1992 по 1996 год эквивалентна 70–80 млрд долл.83 Автор же верит большинству экспертов, которые склоняются к цифре 150 млрд долл. за эти 5 лет.
С такими гигантскими масштабами утечки капиталов ни в какое сравнение не шел обратный приток иностранных инвестиций в Россию, особенно в той части, которая относится к реальному сектору экономики. «За истекшие пять лет среднегодовой объем прямых инвестиций, поступавших в Россию, не превысил 1,6 млрд долл., колеблясь от 0,8 млрд в 1994 г. до 2,5 млрд долл. в 1996 г. Очень небольшими величинами измерялись и портфельные инвестиции, если не считать 1996–1997 гг., когда иностранные резиденты получили доступ на рынок ГКО-ОФЗ, а также стали покупать еврооблигации и другие российские государственные ценные бумаги. В 1996 г. валютные поступления от таких операций составили свыше 7,2 млрд, в I квартале 1997 г. – свыше 4,8 млрд долл. Но даже при этом общий баланс движения негосударственных капиталов остается резко пассивным (за 1996 г. – почти 13 млрд долл.) 80.
Бегство капитала стало ключевой проблемой страны. По одним данным, за годы реформ из России за границу ушло около 1 трлн долл.; по другим – ежегодно исчезают 45–50 млрд долл. Так сколько же на самом деле вывозится за рубеж российских денег и главное – почему? Заместитель председателя Комитета Государственной думы по безопасности М. Гришанков пишет: «В статистике разноголосица потому, что каждая служба, призванная противодействовать утечке российских капиталов за границу, ведет свой учет. А на страже у нас здесь стоят Центробанк, Государственный таможенный комитет, Министерство по налогам, до недавнего времени Федеральная служба по валютному и экспортному контролю, Минфин России, правоохранительные органы. На основе анализа данных этих структур оцениваю сумму капиталов, вывезенных после развала СССР за границу, примерно в 300–400 млрд долл. Цифра огромная. И что особенно волнует – бегство капитала продолжается. Скажем, в 2000 г. отток, по некоторым оценкам, составил около 25 млрд долл.
Причин для бегства наших денег более чем достаточно. Во-первых, это недоверие к рублю, во-вторых, недоверие к власти, протест против тех порядков, которые царят у нас, своего рода попытка защититься, подстраховаться. Это, безусловно, и отмывание «грязных», незаработанных денег.
К наиболее весомым факторам, способствующим развитию финансовой преступности и легализации доходов, полученных незаконным путем, отношу прежде всего не соответствующую требованиям дня нормативно-правовую базу; слабый государственный контроль за перемещением финансовых средств; существующий жесткий режим тайны вкладов, ограничивающий их прозрачность; низкий уровень координации и взаимодействия правоохранительных органов; недостаточное сотрудничество России по данной проблеме с соответствующими органами других стран.
Самый большой канал бегства капиталов – это банковские операции через офшорные зоны. По данным Центробанка России, в 1999 г. в офшорные зоны ежемесячно переводилось до 400 млн долл. Разумеется, не все они имеют сомнительное происхождение. Однако именно владельцы «теневого капитала» в России под любым предлогом стремятся переместить его за рубеж, легализовать, чтобы затем реинвестировать, но уже на законных основаниях. Реализация подобных схем особенно выгодна по сравнению с другими странами у нас, ибо обеспечивается высокая норма прибыли, а несовершенство правовой базы и государственного контроля наряду с коррупцией позволяет практически беспрепятственно оборачивать такой капитал.
Значительная часть таких инвестиций вполне может рассматриваться в качестве скрытой репатриации ранее незаконно вывезенных капиталов и одновременно является достаточно четко налаженным механизмом замаскированного кредитования частных российских предприятий с целью дальнейшего передела и концентрации собственности, усиления влияния ее реальных владельцев. В качестве примера можно привести приобретение Выборгского ЦБК английской фирмой «А1сет», владельцем которой является некий петербургский предприниматель.
По данным Государственного таможенного комитета (ГТК) России, предварительно оплаченный импорт товаров, охваченных системой таможенно-банковского контроля, за 1999 г. составил 9,8 млрд долл., а общая сумма товарного импорта – 16,8 млрд долл. Общая сумма платежей, не погашенных поставками товаров в установленные законодательством сроки, составила за 2000 г. 2 млрд долл».
Существует масса фирм-однодневок, где эти средства конвертируются и переводятся на счета «своих» фирм за рубеж, как правило, в офшорных зонах. В дальнейшем фирмы-однодневки прекращают свою деятельность, их истинные руководители скрываются от компетентных органов, а проведение проверок в отношении этих фирм становится проблематичным.
Только по Москве выявлено около 16 тыс. таких фирм. Так, в ходе проверки лишь одного, причем далеко не самого крупного банка было выявлено 29 организаций, зарегистрированных на подставных лиц, и 5 фирм нерезидентов, счетами которых управляли подставные лица. Они незаконно перевели за рубеж валютные средства на сумму свыше 345 млн долл. Другой московский банк обслуживал 8 организаций, зарегистрированных по личным документам, утраченным ранее их владельцами. Эти фирмы приобрели на Московской международной валютной бирже (ММВБ) свыше 446 млн долл.
Внушительны оборот наличной иностранной валюты на внутреннем рынке и ее вывоз банками и физическими лицами за рубеж. По данным ЦБ РФ, вывоз уполномоченными банков наличной иностранной валюты составил 360 млн долл. за 1999 г., а физическими лицами– 5,1 млрд долл.
Только служба валютно-экспортного контроля направила в правоохранительные органы в 1999 г. 159 материалов об отмывании денег. К сожалению, уголовных дел возбуждено всего 33. А до суда дошли единицы. Почему так происходит? Здесь комплекс причин. В частности, существенно ослаблены правоохранительные органы. Многочисленные реорганизации, «оптимизации», другие дестабилизирующие процессы, уровень материальной обеспеченности сотрудников, совершенно не соответствующий сложности решаемых задач, – все это привело и приводит к массовому оттоку профессионалов. Чего же можно, например, ожидать, если охранник в коммерческой структуре получает в 1,5–2, а то и в 3–4 раза больше оперативника, следователя? А ведь чтобы собрать основательную доказательную базу по финансовому правонарушению, нужны особые знания и квалификация, необходимо быть более подготовленным, чем сам нарушитель.
Дает о себе знать и слабость судебной системы. Ее реформирование не завершено. Суды завалены делами, в которых не успевают разобраться. Людей не хватает, денег на текущие расходы тоже и т. п.
Важнейший негативный фактор – многочисленные прорехи в действующем законодательстве. И власти знают об этом. Здесь одним махом проблему не решить. Финансовым правонарушениям – как особо сложным – можно противопоставить лишь объединенные усилия всей правоохранительной системы, кардинальное оздоровление экономической системы, всю мощь государства, причем не только силовую, но и интеллектуальную, нормотворческую и т. д.
Но и, разумеется, необходима политическая воля всех ветвей власти, которая до последнего времени была у нас в дефиците.
Хотел бы возвратиться в 2000 г., когда весной рассматривался проект Закона об усилении контроля за внешнеэкономической деятельностью банков. Один из пунктов гласил, что банки должны информировать контрольные органы о проведенных операциях. Помнится, какое жесткое сопротивление у многих депутатов вызвала сама постановка вопроса. В этом контексте уместно вспомнить и проведенное у нас в сжатые сроки массовое «разгосударствление» государственной собственности. Плодами приватизации с благословения или попустительства прежних властей воспользовалась небольшая группа людей. При этом часто нарушались действовавшие законы. Власти об этом, конечно, знали, но были либо бессильны что-либо сделать, либо закрывали глаза на негативные процессы.
Ельцин и его команда ничего не делали, чтобы остановить вывоз капитала за границу, не боролись с коррупцией. На них смотрели и другие властные структуры и также ничего не делали, вернее, создавалась видимость борьбы. В итоге в стране сложилась обстановка безнаказанности. Повторяю: чтобы навести порядок, нужна политическая воля высшего руководства страны. Нужно, чтобы заработали в едином режиме все государственные структуры, правоохранительные органы и добились прежде всего выполнения существующих законов.
В дополнение к ним необходимо ускорить прохождение через парламент ряда федеральных законов. Это законы «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем», «О внесении изменений и дополнений в Закон «О валютном регулировании и валютном контроле», «О внесении изменений и дополнений в Закон «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности», «О внесении изменений и дополнений в статью 26 («Банковская тайна») Закона «О банках и банковской деятельности». При этом одной из наиболее актуальных задач является приведение российских подзаконных актов, касающихся противодействия отмыванию денег, в соответствие с нормами стран, имеющих позитивный опыт работы в данной сфере.
В повестке дня также ратификация Страсбургской конвенции Совета Европы от 1990 г. «О предупреждении, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности», а также ратификация Европейской конвенции 1959 г. «О взаимной правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам».
Актуальным представляется внесение ряда изменений и дополнений в Административный и Уголовный кодексы Российской Федерации, которые предусматривали бы ответственность российских физических и юридических лиц за сокрытие сведений о своей предпринимательской деятельности за рубежом, включая размер и источники получаемых доходов, данные о регистрируемых фирмах, банковских счетах, приобретении ценных бумаг, недвижимого имущества и т. п. Есть предложение включить в процесс унификации валютного законодательства государств СНГ – участников Таможенного союза, наряду с едиными принципами валютного контроля, обмен оперативной информацией по сомнительным валютно-финансовым операциям, имеющим прежде всего признаки отмывания денег. С тем, чтобы пресечь незаконные валютные операции, проводимые через так называемые фирмы-однодневки, предлагается внести дополнительные коррективы в Закон «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности».
Есть ряд предложений, реализация которых призвана серьезно усложнить жизнь тем, кто пытается обойти или нарушить действующее законодательство. Среди них, например, упорядочение регистрации субъектов хозяйственной деятельности на местах. Чтобы избавиться от фирм-однодневок, нужна более тщательная проверка представляемых регистрируемыми лицами документов, личное присутствие руководителя создаваемой структуры при подаче и получении регистрационных документов. Необходимо ограничение валютно-финансовых и внешнеэкономических операций с нерезидентами, зарегистрированными в офшорных зонах, вплоть до введения моратория на установление новых корреспондентских отношений между российскими банками и зарубежными финансовыми структурами, зарегистрированными в офшорных зонах.
Ключевым среди находящихся в стадии проработки законодательных актов является, на мой взгляд, Закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем». В подготовке проекта принимал участие Комитет Государственной думы по безопасности. Кстати, Закон этот был принят второй Думой, одобрен Советом Федерации, но Президент Б. Ельцин отклонил его. Сейчас подготовлен к рассмотрению новый вариант. Свой проект этого закона собирается предложить Думе и Президент РФ В. Путин.
В этой работе пока много несогласованности и резких, не всегда продуманных и оправданных действий. Была, к примеру, Федеральная служба по валютному и экспортному контролю. Но вдруг ее реформируют, делают ведомственной, передают в подчинение Минфину. Будет ли это способствовать улучшению ее деятельности? Большой вопрос. Ведь специализированные, независимые государственные органы контроля за финансовыми операциями имеются практически во всех странах» [РФ сегодня].
В 2000 г., по официальной российской статистике, чистый уровень оттока капиталов был порядка 25 млрд долл. Если говорить о чистом уровне притока капитала, который поступал, например, из международных финансовых институтов, все эти вливания были нейтрализованы мощным оттоком капитала. Если говорить об опыте переходной экономики, то российский наиболее печальный.
Направляемые к нам средства, как правило, через некоторое, не слишком продолжительное время уходят за рубеж, а инвестиции, которые размещаются здесь, в основном вкладываются в предприятия, которые обеспечивают немедленную и высокую доходность.
Владимир Жириновский (ЛДПР): «Законов достаточно. Воли маловато. Видимо, власть еще не до конца готова рвать отношения с теми, кто организует утечку капиталов за рубеж. Однако мы уверены, в ближайшем будущем какое-то решение по данному вопросу принято будет. ЛДПР выступает за «бескровный вариант» – полную амнистию убежавших капиталов. Спецслужбам хорошо известны все номера счетов, на которых хранятся российские деньги. Дело только в «отмашке власти». Будет команда – и все пойдет как надо: часть капиталов вернется в Россию по амнистии, а деньгами тех, кто откажется возвращать средства на родину, будем расплачиваться по долгам Парижскому клубу.
Если будет объявлена экономическая амнистия, бизнесменам придется самим для себя решить – что делать с капиталами. Либо эти деньги будут работать на российскую экономику, либо их средства будут в порядке уголовного преследования конфискованы».
Михаил Делягин: «… Отсюда (хотя и не только) большой отток капитала. В 2000 г. он только по неофициальным каналам составил 22 млрд долл., а в 2001 г. – 21 млрд. В результате резко сократился приток валюты в Россию: превышение экспорта над импортом уменьшилось с 46 млрд долл. в 2000 г. до 34 млрд в 2001 г., а утечка валюты практически не снизилась» [Там же].
Наконец-то Закон «О противодействии легализации доходов, полученных преступным путем» был принят Государственной думой, одобрен Советом Федерации, подписан президентом и вступил в силу с 1 февраля 2002 г. Особую значимость он приобретает в связи с терактами. Как стало известно, люди, стоящие за атаками на Всемирный торговый центр и Пентагон, не только организовали кровавые преступления, но и, возможно, заработали на них. Комиссия по ценным бумагам и биржам США, европейские регулирующие органы расследуют подозрительные сделки с акциями авиакомпаний, турфирм, банков и страховщиков накануне трагедии.
Анонимность современного фондового рынка играет на руку преступникам. Не секрет, что зачастую и наши предприятия подписывают фиктивные контракты с офшорными компаниями при полной тайне участников операций. Цена товара занижается, затем его продают по реальной стоимости. Часть выручки остается и легализуется на счетах в иностранных банках. Практикуют и так называемые импортные контракты, когда деньги переводят за границу в виде аванса, а товар в Россию не поступает. Фирма, которая за него платила, затем исчезает.
Вышеназванный закон поможет вывести их на чистую воду. В нем четко прописаны организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязанные идентифицировать личность, которая совершает сделку либо открывает счет.
Обязательному контролю подлежат операции с суммами, равными или превышающими 600 000 руб. Это может быть и покупка, и продажа наличной валюты, приобретение физическим лицом ценных бумаг, обмен банкнот, получение денег по чеку на предъявителя, открытие вклада. Главное достоинство Закона – он дает возможность определить происхождение криминальных доходов.
У нас не было эффективной системы борьбы с отмыванием денег. В результате ФАТФ – международная специальная комиссия, которая занимается этой проблемой, отнесла Россию к числу стран, неблагонадежных в финансовом отношении. Кстати, у комиссии есть дополнительные полномочия отслеживать движение средств, заработанных законным способом, но использующихся для «подпитки» террористических организаций.
ФАТФ может стать одним из ключевых игроков в войне, объявленной террористам развитыми странами. Ведь сегодня цивилизованный мир сталкивается с новой угрозой, которая принципиально может нарушить сложившийся финансовый миропорядок. В связи с развитием электронных рынков появилась реальная опасность создания преступных сообществ, фактически осуществляющих эмиссию собственных «цифровых денег» для проведения внутренних расчетов. Чтобы противодействовать этому, надо принять адекватный комплекс мер на национальном и международном уровнях.
Недавно в Государственной думе РФ создан подкомитет по информационной безопасности. Совместно с правоохранительными органами проведены семинары; завершается работа над законопроектом об электронной торговле. Но любой закон революции не сделает, хотя определенно послужит барьером на пути создания и функционирования криминальных структур. Оздоровлять надо всю экономику страны. Проблемы утечки капитала тесно связаны с утечкой мозгов, что еще более опасно.
Средства, получаемые от внешних заимствований, по существу, не участвуют в создании базы для их возврата. Такая близорукая политика может обернуться для страны серьезными осложнениями.
Общее сальдо платежного баланса страны из года остается пассивным. Это означает, что в результате текущей внешнеэкономической деятельности международные обязательства России хронически и в крупных размерах превосходят ее требования к загранице
За внешним благополучием в виде положительного сальдо по текущим операциям и увеличением золотовалютных резервов скрывается противоречивое сочетание таких неблагоприятных для национальной экономики факторов, как нищета населения; преобладание сырьевого экспорта и потребительского импорта; крайне нерациональная структура баланса услуг; неконтролируемая утечка капиталов; перенасыщение внутреннего денежного оборота наличной иностранной валютой. Все это – наглядный результат поспешной либерализации валютного режима, отсутствия структурной политики в сфере внешнеэкономических связей; свидетельство резкого ослабления регулирующего воздействия официальных властей на валютные дела страны.

Вывод: разговоры о необходимости усиления роли государства в российской экономике необходимо претворить в конкретные меры по более активному вмешательству соответствующих государственных органов в сферу валютных отношений, в первую очередь в сферу движения капиталов и обращения наличной иностранной валюты.
Мир заранее готовился к переходу на евро. Как полагали эксперты МВФ, уже в 1998 г., когда были определены первые члены валютного союза и курсы конверсии европейских валют, мог произойти массированный сброс долларов банками европейских стран (прежде всего ЦБ Германии, Нидерландов, Бельгии, Люксембурга) в объеме примерно 50 млрд долл.83 Надо было готовиться и нам. При той степени уже существующей долларизации экономики и ожидаемом сбросе, инфляция доллара в России превысила общемировую в 2–3 раза.

То есть государство должно было заблаговременно предостеречь своих граждан, помочь им сохранить заработанное и создать условия для надежного перевложения наличных долларов в национальную экономику.
Путей тут было много: продажа населению под эгидой государства госпакетов акций крупных предприятий, выплачивающих дивиденды; открытие льготных долгосрочных инвестиционных вкладов; взятие строительства долевого жилья под госгарантии; досубсидирование строительства дачных домиков с последующим возвратом своих средств и многое другое, включая и широкую пропаганду золотых монет ЦБ РФ.