Инвестиции

Радикально-либеральные экономические власти под лозунгом привлечения иностранных инвестиций зачастую идут на решения, противоречащие национальным интересам страны. Позволяют иностранным фирмам за бесценок скупать уникальные или градообразующие предприятия. А потом заводы зачастую встают или хиреют. Почему? Причин несколько:
– зарубежный конкурент, прикрываясь подставными фирмами, хочет на корню задушить предприятие, чтобы оно не мешало;
– предприятие изначально покупают спекулянты для перепродажи по частям или оптом;
– предприятие покупают для хищнической эксплуатации всех его ресурсов, «выжимки» и последующего сброса акций. Иностранному инвестору не жить в России, не растить здесь детей, выжать прибыль побольше и побыстрей, а там – хоть трава не расти.

В России пока что нет системной инвестиционной среды. В ней должны быть механизмы инвестирования национальных сбережений, которые в России уже к середине 2001 г. превысили 30 % ВВП (большие деньги), а позже, из-за высоких цен на нефть, выросли еще заметнее. Но даже они осваиваются в виде инвестиций менее чем наполовину. Остальное идет на вывоз капитала и пополнение золотовалютных резервов.
В 2002 г. в Российской академии наук прошел «круглый» стол по теме «Инвестиционный процесс в России: день сегодняшний и перспективы». Специалисты ЦЭМИ, ИСПИ и общественного движения «Мобилизация и развитие» высказали ряд критических мыслей и предложений. Они подтвердили, что системной инвестиционной среды действительно нет. И это не отдельные проблемы банков, фондового рынка, отраслей, предприятий, а общая стратегическая проблема. И в таком смысле приходится согласиться с парадоксальным утверждением А. Илларионова о том, что России иностранные инвестиции не нужны. Мы и свои не осваиваем.
Либералы сейчас постоянно говорят, что подстройка нашего законодательства под требования ВТО и вступление в ВТО обеспечат мощный приток в Россию иностранных инвестиций. Но в сложившейся мировой ситуации они в Россию не очень-то и пойдут. Далее, если они все же пойдут, предельно либерализованное законодательство создает для России риск оказаться в положении Аргентины. Чтобы этого не произошло, каждая уважающая себя страна долго «торгуется» с множеством других членов ВТО за «переходный период» при вступлении и за льготы по жизненно важным для себя сегментам участия в мировых рынках. Потому что без таких льгот иностранные инвестиции – просто в силу законов международной конкуренции – приводят к плачевным результатам «аргентинского типа» для национального хозяйства.
Китай, например, «торговался» за вступление в ВТО почти 20 лет. И выторговал себе очень много льгот по ключевым направлениям торговли, а также значительные сроки «переходного периода», когда применяются такие льготы. Россия тоже может и должна «торговаться» с членами ВТО.
Но с каких позиций? Какие сегменты мирового рынка и ниши в мировой торговле мы намерены занять, какие отрасли и как мы собираемся развивать у себя в стране? И в каких отраслях и на каких рынках намерены использовать преимущества мирового разделения труда в глобальной экономике? Это фундаментальные вопросы нашего общего будущего, которые Россией, увы, пока не решены, поэтому обсуждение условий вступления России в ВТО не имеет главного – концептуального базиса.
Но то же самое можно сказать и в отношении множества других проблем нашего внутреннего хозяйственного развития. Инновации, конверсия, финансово-бюджетная политика – все это завязано на такой концептуальный базис. То есть перед нами стоит не узкая задача привлечения инвестиций, а гораздо более широкая задача определения стратегических целей, приоритетов развития России и выстраивания именно под эти цели и приоритетов, и системной инвестиционной среды.
И государство во всем этом выстраивании не «ночной сторож», а главный, ключевой игрок, в том числе и экономический.
Рынок частью саморегулируется, но лишь в определенных рамках, заданных ему государственными и межгосударственными институтами. Рынок не ставит целей, о чем сегодня уже говорят и такие экономические либералы, как Джордж Сорос. Цели и стратегию развития рыночного хозяйства, например, стоящую перед нами цель постиндустриальной трансформации экономики, всегда задают субъекты власти, меняя рыночные условия. Генеральные цели и стратегия – это в демократической стране как раз и есть главная сфера диалога между властью, капиталом и обществом, для обеспечения которого государство должно иметь крупный экономический потенциал и способность менять институты.
Но и это не все. Рынок саморегулируется не беспредельно, чему свидетельством и знаменитый мировой кризис 1929 г., и многие последующие локальные кризисы, и сегодняшний кризис в России. И когда возникает кризис (а в рыночной экономике это обычно кризис спроса), государство включает свой экономический потенциал для создания автономного спроса, прежде всего инвестиционного. Например, так, как это сейчас делает, невзирая на обвинения в измене либерализму, администрация США. Она фактически дотирует из бюджета и корпорации, и потребителей для того, чтобы поддержать спрос, производство и инвестиции. То есть видит проблемы, ставит цели и очень мощно регулирует кризисную рыночную ситуацию.
В ряде стран инновации и даже инвестиции вообще свободны от налогов. А в Австралии к частному инновационному капиталовложению объемом более 100 тыс. долл. государство даже добавляет прямую субсидию в размере 50 % из бюджета.
Как нам улучшить инвестиционный климат в стране? Во-первых, негоже и оскорбительно великой стране иметь чуть ли не половину граждан за чертой бедности. Во-вторых, наличие в стране масс обездоленных резко повышает политические риски инвесторов и практически блокирует любые долгосрочные капиталовложения. И в-третьих, только платежеспособный спрос наших граждан на товары и услуги национального хозяйства, только развитый внутренний потребительский рынок способны стать мотором для быстрого развития российской экономики и главным источником инвестиционных средств. Например, в США потребительским спросом определяется 70 % ВВП, а накопления населения, т. е. потребителей, через финансовые институты идут в инвестиции.
И поэтому политика зарплат, пенсий, социальных пособий, политика тарифов на услуги, предоставляемые гражданам «естественными монополистами», политика реформы жилищно-коммунального хозяйства – это вовсе не какая-то «социалка», а один из решающих факторов инвестиционного климата.
Между тем по объему ветхого жилья мы если не впереди планеты всей, то, по крайней мере, движемся к этому. Сегодня из 2 млрд 850 млн м2 жилья свыше 90 млн м2 – ветхое. Причем более 40 млн появилось всего за 3 последних года. И на подходе почти столько же. Чтобы решить проблему хотя бы к 2025 г., надо выделять ежегодно по 17 млрд руб. Однако на 2005 г., по словам заместителя Председателя Совета Федерации Светланы Орловой, в федеральном бюджете запланировано только 1,3 млрд руб.
«Решение проблемы ветхого жилья, – заявил руководитель Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству Владимир Аверченко, – это уровень компетенции субъектов Российской Федерации». А есть ли у тех что-либо, кроме компетенции? Например, по его же оценке, коммунальное хозяйство Амурской области «можно охарактеризовать как малоэффективное». Перерасход топлива на 1,5 тыс. котельных, КПД каждой из которых равен мощности паровоза, составляет 300 тыс. т. В деньгах это 200 млн руб. Из области, конечно, с надеждой смотрят на федеральное агентство. Но им оттуда могут оказать разве что «методологическую помощь» [РФ сегодня].
Для создания качественной системы водоснабжения городов необходимы 50 млрд долл. и 15 лет работы. По оценкам Института водных проблем, без кипячения можно пить только 1 % доставляемой воды. Вот бы и направить на решение этой острейшей проблемы миллиарды из резервного фонда Правительства РФ. И никакого всплеска инфляции такие инвестиции не вызовут. Но нет, на мешках с деньгами дремать удобнее, видимо.
Все перечисленные проблемы нам надо решать комплексно и стратегически, осознавая, что укрепление в стране вертикали государственной политической и экономической власти не самоцель, а способ определять всем обществом и в рамках именно современной рыночной экономики наши российские стратегические цели и добиваться их реализации.